- Ты все правильно расслышал, - подтвердил отец. - Это окончательное решение, скрепленное по всем правилам.

"Так вот зачем тут королевская печать" - как-то грустно заметил Тейлал и, кажется, одного взгляда на отца было достаточно, чтобы понять, чья это идея. Поэтому, сцепив зубы, он процедил:

- Я подчиняюсь вашей воле, ваше величество, - и, резко развернувшись, кинулся к выходу, сожалея лишь о том, что нельзя хлопнуть дверью: магия не позволит.

Вздохнув, Иллал поднялся и устало уткнулся в плечо супруга, тот тотчас приобнял его за плечи.

- Он возненавидит тебя за это, - тихо проговорил король эльфов.

- Пусть. Зато выживет и, глядишь, ума наберется.

- Ты бы рассказал...

- Не стоит. Я пойду к нему. Надо... проводить.

- Ты и это возьмешь на себя?

- Конечно. Слишком щекотливое дело, чтобы поручить другим.

Тейлал лишь успел подняться к себе, как вошел отец, причем без всякого стука, зато дверь за собой тщательно закрыл. Тейлал не желал даже смотреть на него, но отца это нисколько не волновало. Бросив на кресло какую-то сумку, а поверх кучу вещей, он сказал:

- Оставь свои пустопорожние обиды и собирайся. Я отправлю тебя прямо отсюда.

- Пустопорожние обиды? - вызверился Тейлал. - Ничего себе! Да я...

- Вот именно. В создавшейся ситуации виноват только ты сам. А ведь тебя предупреждали! Теперь все решено.

- Думаешь, я не догадываюсь, благодаря кому такое решение?

- Это сейчас неважно. Переодевайся. Я принес тебе людскую одежду. Там, знаешь ли, не жарко.

- Могу я хотя бы попрощаться с матерью? - глухо поинтересовался Тейлал.

- Боюсь, у нас нет времени. Жаль. Я бы хотел, чтобы Вейлала благословила тебя, у нее это хорошо получается. Но придется заочно...

- Что, меня сразу на северный полюс отправляют?

- Нет. И не стоит мнить, что все против тебя. Ты отправляешься в крупный город. К тому же ты и раньше часто бывал в мире людей, даже в том месте, так что не пропадешь. В сумке (кстати, внутри она гораздо больше, чем кажется), найдешь все необходимое. Вещи, документы - никто не подкопается, и деньги. Нуждаться ты уж точно не будешь, - отец говорил сухо и по-деловому.