Сейчас он думал о женщине–Рейнджере. С эстетической точки зрения тут было чем восхищаться, но тут была и другая сторона. Она иногда казалась почти печальной. Может быть, она испытала то же разочарование что и он. Может быть, она выросла с этим.

Он остановился как раз, когда кто–то едва не врезался в него. Когда он мельком взглянул прохожего, то заметил, что тот был человеком.

— Ты что, слепой?

Затем он пригляделся к нему более внимательно и понял, что это было именно так.

— Ой...

Тот выглядел лет на семьдесят, возможно больше. Его волосы были длинными и седыми, и он носил простую черную одежду, похожую на смесь одежды священника и рейнджера.

И он был слепым. Он не носил повязки на глазах, маски или темных очков и было отлично видно что там, где должны были находиться глаза, не было ничего кроме рубцовой ткани. Глубокие и очень старые шрамы тянулись через его лицо, выглядя страшно похоже на отметины от когтей.

Джек видел кое–что подобное раньше. Если хотя бы половина тех историй, что он слышал про Чужаков или Теней была правдой, то он вполне мог понять людей, которые выцарапывали себе глаза, лишь бы не видеть их. Он видел нищего на Центаври Прайм, который содрал себе половину лица, но тот просто сидел в собственных испражнениях, раскачивался и бормотал себе под нос про смерть и звезды.

Этот человек не выглядел сумасшедшим. Более того, он выглядел вполне здраво, хоть и не совсем здоровым физически. На его лице было понимание.

— Простите. — сказал Джек. — Я не замечал куда иду. Я...