Можно попытаться что-то вспомнить, но я забыла даже о том, что такое память… «Конрад — он ведь уже ищет меня, непременно найдет и избавит от страданий… Вот только кто он такой? Возможно, он всего лишь квинтэссенция моего одиночества и мук?» Холодеют кончики пальцев, кисти перестают сгибаться. Времени осталось ровно на вдох. Мое сердце стучит как часы, отмеряя минуты очередной не жизни и не смерти, а я прислушиваюсь к его размеренному ходу.

Тик-так, тик-так.

Вот оно. Началось…

Нет, я никого ни в чем не виню. Я простила всех тех, кого любила и кого презирала. Я стою отныне намного выше гнева и нахожусь вне доброты. Я не принадлежу ни людям, ни стригоям, ни ангелам. Я не душа и не плоть. Я выжгла из себя любовь и отказалась от земного мира. Мне ни о чем не говорят богатство, власть, честь и слава. Я никто и ничто, простившее всех и вся.

Вам на излом меня не взять, Мои вчерашние кошмары, Да лучше мне совсем не спать, Покой перин сменив на нары. А может, лучше разорвать Стихов последние страницы, И кровью стены запятнать Психиатрической больницы. Хочу не падать больше ниц Пред запахом гнилого лоска, Хочу не видеть этих лиц, Оживших на гравюрах Босха. Я не хочу во тьме блуждать, Но не ищу святого духа, Уже устала подтверждать: Я от любви закрылась глухо. Я слышать больше не хочу Стенаний боли, звон кифары, Я души людям не лечу И не тушу сердец пожары. Не призовут меня опять На поле страшной Божьей битвы, Не повернется время вспять — Я не пишу уже молитвы.