— Не трогай его! — закричал Харлей; и в тот же миг мерзкая тварь обратила морду в сторону ветеринара, яростно выпячивая губы. Теленок издал низкий гортанный звук, необычайно громкий для его возраста.

Заскрежетав зубами, Тайлер бросил вилы, целясь в грудь животного. Не обращая внимания на брызжущую на него струю крови, он высвободил вилы и вновь всадил их в тело теленка, на сей раз в бок, проталкивая зубья все глубже, до тех пор, пока не повалил его. Он навалился на древко всей своей тяжестью, прижимая животное к земле. Скотина билась, яростно брыкалась, пытаясь высвободиться, оттолкнуть острые зубья, пригвоздившие ее к земляному полу, точно бабочку к доске. Теленок вытягивал свою змеиную шею, стараясь укусить своего мучителя, но Тайлер, отступив на шаг-другой, снова схватил вилы и, размахнувшись, вонзил их в голову издыхающего монстра. Раздался жуткий хруст, и, скорчившись в последний раз, животное затихло.

Тайлер, задыхаясь, отшатнулся, с отвращением глядя на теленка и обезображенную коровью тушу. Повсюду темнела кровь, воздух наполнился зловонием медного купороса.

— Что за чертовщина? — вновь пробормотал Дженкинс, глядя на распростертое перед ним тело. Харлей склонился над издохшим теленком.

— Какая-то мутация, — сказал он. И добавил, повернувшись к Тайлеру: — Я должен произвести вскрытие. Тайлер кивнул, отирая кровь с лица.

— Что заставило его вырасти до таких размеров? — спросил он хриплым шепотом.

— Пока не знаю. До вскрытия не знаю... — ответил Харлей.

— Будет что сообщить — зови меня.

— Мне кое-что понадобится, — сказал ветеринар.