- О, боже! - заорал Нейт, съеживаясь в страхе.

- Ой, ой, прости, милый, - бормотала доктор Бреммер, сползая с кушетки.

Нейт кинулся бежать, но она быстро поползла за ним и, как капканом, захватила рукой его лодыжку:

- Прошу, умоляю, возьми меня с собой, делай со мной что хочешь, пользуйся мной, оскорбляй меня, бей, я люблю тебя! Я люблю тебя! Отчаянно, безнадежно, абсолютно!

- Господи, господи, господи! - бормотал Нейт, цепляясь за ручку и одновременно пытаясь сохранить равновесие. Но тут дверь открылась, задев Нейта по плечу, от чего он таки потерял равновесие и наступил, похоже, на спину психиатру.

- О, да! - прохрипела доктор Бреммер. - Попирай меня, бей, я во всем себе отказывала, я не представляла себе, что значит любить такого мужчину, как ты! Возьми же меня, как в "Истории о...", да, да!!!

В то же мгновение в открытую дверь кабинета вошла сестра, прыщеватая женщина, лет пятидесяти, которая уже видела Нейта в приемной. При виде лежащей ничком докторши ее глаза округлились, но уже через секунду она бросилась высвобождать ногу Нейта от обнаженных рук психиатра, до тех пор, пока ее изумление не перешло в вожделение, и она сама не присоединилась к доктору Бреммер...

Нейт с трудом вырвался, оттолкнувшись от стенки, вывалился в дверь, а потом помчался как угорелый.

Нейт добежал до лифта и был в безопасности еще до того, как обе женщины смогли подняться на ноги.

Нейт Клейзер хорошо усвоил, что судьба не жалует тех, кто медлит.

Уже мчась в сторону Мичиган Авеню, он услышал крики и оглянувшись увидел доктора Бреммер и ее бюст свесившихся из окна восемнадцатого этажа. Он с трудом смог разобрать хоть что-то в ее вопле.