– Доверяйте мне, коллега Эш! Я всем телом радуюсь за вас! Это истина. Я нахожусь в немалых чаяниях о вас, я жду от вас точных решений.

– Постараюсь, – скрипнула Эш. В другое время Форт повеселился бы, слушая, как две нелюди препираются на человеческом языке, потому что у них больше нет ничего общего, кроме фундаментальных основ биохимии и разума.

– Старайтесь, коллега Эш. А то я начинаю опасаться всяких неполадок.

– О них даже упоминать не следует.

– Почему?

– Примета нехорошая.

– Не вижу я причинной связи! – гаркнула Далан. Спустя три секунды свет в рубке мигнул и погас.

– Да провались ты!.. – вырвалось у Эш.

– Я составлю рапорт для конторы «Скайленда», – промолвил Форт. – Полагаю, риск транспортной операции больше, чем оговорено в контракте. Хочу потребовать дополнительной премии.

Надо же чем-то обнадежить экипаж, начинающий нервничать.

Темнота не была полной – приборы с их автономным питанием мило светились, обрисовывая голову Далан. Ее ужимки были красноречивее, чем даже интонации громового голоса.

– Подробная проверка перед стартом не была бы лишней.

– Не было повода, коллега Далан.

– Он есть теперь.

– Мы теперь в разгоне на скачок. Непоправимых поломок нет. Эш, займись.

Эш вывела схему осветительной сети. Ага, вот где вышибло.

– Поторапливайся.

– У нас присутствует посторонний источник звука. Под креслом.

– А, это будильник мертвеца. – Форт вспомнил, что засунул коробку под себя, чтоб не мешалась.

– Бу… чей?! – вдруг дошло до Эш.

– В отсеке 14 хранится труп, – разъяснил Форт терпеливо и спокойно. – Он входит в каргоплан.

– Умершие снабжаются будильниками в ритуальных целях? – спросила Далан. – Он символ воскресения? Весьма поэтично. Сколь глубокий смысл! Дззззззззз, – воспроизвела она звонок, – и пробуждается!

– Ну, это вряд ли, – нащупав часы в футляре, Форт осмотрел их. Со светом, без света – он видел одинаково.