"Эти удивительные звезды" вышли огромным даже по тем временам (тем более для республиканского издательства) тиражом 200 тысяч экземпляров, и это стало причиной полиграфического конфуза. Предполагалось, что книга выйдет в суперобложке, на которой художник изобразил планеты и астероиды, летящие в космосе. Тираж сначала был запланирован не таким большим, и издательство закупило соответствующее количество бумаги для суперобложки. Когда тираж - в последний момент - увеличили в несколько раз, оказалось, что бумаги для супера не хватает. Что делать? Обсуждались - не в Комиссии, конечно, а в издательстве, мы ни о чем не догадывались вплоть до выхода книги из печати - два варианта: либо убрать супер вообще, либо... нарезать суперобложку на части и вклеить в книгу.
Принят был второй вариант (надо было использовать уже отпечатанную суперобложку!), и в результате возник странный монстр: в книгу оказался вклеен узкий листок, занимавший половину страницы. При желании можно было понять, что на листке изображены космические камни, падавшие на какую-то планету...
Второй бакинский сборник оказался все-таки лучше первого - и не только потому, что в нем не было произведений типа "пьсы". "Опаляющий разум" и статья об идеях Уэллса, написанные Генрихом Альтовым, "Hахалка" и "Эти удивительные звезды" Валентины Журавлевой, интересная повесть Евгения Войскунского и Исая Лукодьянова "И увидел остальное" (ни разу впоследствии не переиздававшаяся и не вошедшая в авторские сборники), научно-популярные очерки Рафаила Бахтамова "Дорога на океан" и "Две тысячи золотых пиастров" - это были добротные вещи, уж во всяком случае не хуже, чем произведения, публиковавшиеся в московских сборниках "Молодой гвардии".