— Попали в яблочко, — сказала она. — Происходит что-то удивительное.

— Пусть происходит, неважно, что это и почему. Не поступайте, — предостерег я, — как тот парень, что бросил электрическую лампочку на пол, чтобы проверить, насколько она хрупкая.

Мимо прошла Хелен, и я заказал сливовицу.

— Сливовая водка! — воскликнула Глория. — Она мне нравится!

— Я знаю. Это для вас.

— Когда-нибудь вы ошибетесь, — сказала она, вдруг помрачнев, — и будет плохо.

— Будет хорошо. Это просто будет различие между гармонией и контрастом.

— Лео…

— Да?

Она посмотрела прямо на меня, взгляд был таким теплым, что я ощутил его кожей.

— Ничего. Мне просто хотелось произнести «Лео». Лео!

Я поперхнулся — но не из-за омара. С ним все было кончено.

— Мне нечего на это ответить. Нечем крыть. Я могу только постараться соответствовать, Глория.

Было сказано и другое, но без слов.

Для этого все еще нет слов. Потом она протянула руку через стол и коснулась моей руки кончиками пальцев. Мир вокруг расцвел радугой.

Прежде чем уйти, я нацарапал на бумажке меню цифры.

— Это мой телефон. Позвоните, когда не будет другого выхода.

Она вскинула брови.

— Вы не хотите записать мой телефон, или адрес, или что-то еще?

— Нет, — ответил я.

— Но…

— Все это слишком серьезно, — сказал я. — Простите, если кажется, что я предоставляю решать вам. Но мне хочется, чтобы, если вы будете со мной, то только потому, что сами хотите этого, а не потому, что думаете, будто я этого хочу. Мы будем вместе, потому что движемся в одном направлении с приблизительно той же скоростью, каждый по своей воле. Если же я позвоню вам и договорюсь о встрече, может случиться, что у меня сработал условный рефлекс, как у любого ловеласа. Если же позвоните вы, мы оба будем знать, как обстоит дело.