В Храме Всех Сил перед статуями Оскверняющего Уста и Хозяйки Ярости вспыхнули огни.

На мгновение, в установившейся тишине, эльф почувствовал себя слабым и глупым мальчишкой. Ребенком, напуганным разбушевавшейся стихией и в страхе ищущего кого-то сильного, взрослого, чтобы укрыться под его защитой. Любимые дети Всеизменяющегося почти не появлялись в пределах Сотворенного, предпочитая заниматься своими малопонятными делами. И вдруг сразу двое! Лишь шестеро богов на заре времен сохранили верность своему жутковатому родителю, отказавшись принимать участие в создании мира и живых существ. Правда, хаоситы не мешали своим братьям и сестрам, богам Света, Тьмы и Равновесия, но и не помогали, зато с удовольствием вносили сумятицу в любые планы.

Пока жрецы молили божественных покровителей о защите, собравшиеся в кружок офицеры с тоской ожидали новых вестей. И они не замедлили появиться. Замерший в неподвижности квартал был воспринят с каким-то истерическим облегчением — наконец-то исчезла неопределенность. Спустя короткое время о появлении хаоситов сообщили полные ужаса крики с близлежащих улиц. Компания орков высоко оценила фигуру свесившейся с саней богини, о чем и сообщила потоком скабрезных предложений. В ответ разъяренная женщина, и так не слишком довольная развитием событий, предложила пялящимся на нее мужикам почувствовать себя в ее шкуре.

К слову сказать — Крах Большая Секира, спустя двести лет объединивший под своей властью всю степь, больше прочей родни любил свою бабушку. Ту самую, которая до встречи с одной раздраженной богиней считалась наследником вождя и лучшим воином племени.

Королевскому дворцу повезло, напасть обошла его стороной. Зато кварталы бедняков к утру возбужденно гомонили, не одна семья стала счастливым обладателем желтого тяжелого кругляша с женским профилем на одной стороне и изображением символа Хаоса — незамкнутым шестиугольником — с другой.