Папка, принесенная Сизовым, оказалась только приложением к обширному делу в нескольких томах, часть из которых находилась вне стен Управления, и Сизов обещал доставить их к одиннадцати. В толстой папке было много фотоснимков.
Вот первая фотография, изображающая большую группу офицеров в мундирах царской армии. Подложка твердая, со старинным вензелем на обороте, поверх - писарской вязью - список офицеров. Ряд, место в ряду, воинское звание, фамилия. Двадцать один офицер. По-видимому, штаб. Руководитель группы расследования непроизвольно пересчитал лица на фотографии, их оказалось двадцать два. Пересчитал еще раз и опять получил то же число. В конверте из черной фотобумаги оказались снимки сгоревшей избы и обширного подвала, во всю длину которого протянулись крылья самолета устаревшей конструкции. И, наконец, целая серия судебно-медицинских фотографий, среди которых был и снимок человека с простреленной головой.
- Так кто же такой Горбунов? - вопросил руководитель на очередном совещании группы расследования. - Ничого достоверного, ничего...
- Живы ли участники дела? - спросил один из присутствующих.- Поговорить бы с кем-нибудь из них...
- Кому-то светит длительная командировка, - заметил второй.
- Верно, - согласился руководитель. - Вот вы, Козлов, и отправитесь. Если обнаружите хоть что-нибудь интересное, немедленно сообщите, и мы выедем всей группой. А пока я предлагаю составить полный список всех, кто принимал участие в этих событиях. - Он положил руку, на стопку дел. - Фамилию, характер участия и краткую характеристику. И вот еще что...
Напомнили мне эти листки Рубежанск первых послевоенных лет.