
Андрей БЫСТРОВ
ЭФФЕКТ ПРОНИКНОВЕНИЯ
ПАМЯТИ МОЕЙ ЖЕНЫ СВЕТЛАНЫ,
БЕЗ КОТОРОЙ НЕ БЫЛО БЫ НИ ЭТОЙ,
НИ ДРУГИХ МОИХ КНИГ
Существует мир видимый и мир неведомый. Между двумя мирами есть двери.
Еели вам нужен образ Будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека вечно.
Никогда не ставь и доллара на лошадь по имени Бессмертие.
Пролог
ЗОНА ПРОНИКНОВЕНИЯ
1
ХАБАРОВСКИЙ КРАЙ
120 километров западнее Антыкана
Июль 1997 года
Пятеро сидели в неверном оранжевом свете угасающего костра. Пламя быстро уничтожало сухие сучья и теперь жадно и обреченно расползалось в поисках уцелевших кусков дерева, торжествующе вспыхивая всякий раз, когда таковые попадались на периферии огненного круга. Казалось, в послеполуночный час умерли все звуки дальневосточной тайги, темной стеной подступавшей к спинам пятерых отчаянных энтузиастов. На самом деле, конечно, это было не так – тайга жила и ночью особой жизнью, радикально отличавшейся от дневной. Однако люди у костра ощущали себя изолированными от окружающего, их мир заканчивался на призрачной границе света и тьмы.
Сретенский сгреб в охапку высохшие ветви, собранные днем, и швырнул в костер эту новую порцию пищи для пламени. Взметнулся сноп ярких искр, они танцевали в нагретом воздухе.
– И все-таки жаль, – сказал Малыгин в продолжение прерванного было разговора.
Сретенский пожал плечами:
– В науке важен и отрицательный результат… Заблуждения выводят на правильный путь.
Аня Кудрявцева вдруг прыснула:
– Заблуждения, вот именно… Блуждаем тут в лесу, как…
– На что, собственно, вы надеялись? – язвительно спросил Сретенский, не обращаясь ни к кому конкретно. – Раскопать здесь базу пришельцев? Вы как дети, честное слово. Можно подумать, что мы впервые проверяем туманные и противоречивые сообщения местных жителей, которые оказываются фикцией.
