Это было бы кстати, потому что на станции не наблюдалось никаких разрушений, никакой суматохи, которые свидетельствовали бы о недавней битве. А если здесь что-то и случилось, то ни о каком вражеском вторжении не могло быть и речи, – разве что диверсионная вылазка? Но и после самой незначительной диверсии хоть какой-нибудь след да остался бы. Так зачем их вызвали, зачем оторвали от действительно важного дела?
– Капитан, – объявила Ухура, – на связи не Алеф Прайм, а другой межзвездный корабль.
Другой корабль находился как бы ниже станции, и Кирка неприятно поразило его крохотное изображение в виде темного пятна, прилипшего к боку прозрачных величественных очертаний Алеф Прайма. Конечно, станция была огромной и должна была быть такой – на ней разместилось полмиллиона разумных существ, по сравнению с ней любой корабль будет выглядеть крохотным, и все таки…
Зулу увеличил изображение приближающегося корабля, и Кирк разглядел яркое мерцание до боли знакомых очертаний, а потом и несвойственную военным кораблям раскраску под орла-феникса, сквозь которую все явственней проступал новый видеокадр.
– Хантер! – непроизвольно воскликнул Кирк.
– «Аэрфен» – «Энтерпрайзу», – произнесла с экрана женщина – капитан другого корабля. – Добро пожаловать, Джим. Это – ты? – она вопросительно замолчала.
– Капитан? – напомнила о себе Ухура.
– Сохраняйте тишину в эфире, – с сожалением приказал Кирк. – Оставим приветствия на потом.
Капитан звездного корабля сделала большую паузу, как бы всматриваясь в капитанский мостик «Энтерпрайза». Кирк тоже всматривался в нее.
Конечно, она здорово изменилась с тех пор, как Кирк видел ее в последний раз. Но морщины по углам ясных серых глаз придавали лицу капитана Хантер лишь большую выразительность, как бы подчеркивая былое изящество. Ее черные волосы были по-прежнему длинными, а тонкая косичка, спадавшая по правой щеке на плечо, была, как и прежде, туго заплетена и перевязана кожаным ремешком с ярким пером на кончике. Легкая седина на висках заставляла думать не о возрасте, но о чувстве собственного достоинства, которое и всегда было присуще Хантер.