И в это же время в райцентре начальник сельхозуправления Анатолий Григорьевич вызвал к себе в кабинет бухгалтера.
— Слухи о ходячих кустах подтверждаются, — сказал он.
— Я же вам говорил, — ответил бухгалтер.
— Говорил… — Начальник указал бухгалтеру на стул. — Надо думать, что предпринять.
Они стали думать: доложить о кустах по начальству выше или потребовать от бригадира Зорина докладную.
— Слухи — это слова, — рассуждал Анатолий Григорьевич.
— Правильно, — в тон ему отвечал бухгалтер. — Слова к делу не пришьешь. Документ нужен.
В Богдановке между тем происходило совсем другое. Митя, как ветер, ворвался в отделение связи.
— Прямой до Новосибирска! — крикнул он начальку отделения Марии Гладких. — Академгородок!
Позвонить в Новосибирск было не просто, но объединенными усилиями Марии и Мити через час это удалось сделать. Дали Новосибирск. Дали Академгородок — профессора Tyгaевa Емельяна Сергеевича, Митиного шефа по научной работе.
— Емельян Сергеевич, инопланетчнки! — было первым криком Дмитрия в телефонную трубку.
Емельян Сергеевич не понял, о чем речь и кто говорит.
— Я говорю, Федотов! Пришельцы, понимаете, — из космоса! — От волнения Митя терял связность речи. — Какой корабль, Емельян Сергеевич! Техника!
После нескольких минут восклицаний и переспрашнваний со стороны Академгородка разговор наконец выровнялся. Емельян Сергеевич уразумел, о чем речь, но, видимо, сомневался.
— Дмитрий, — спрашивал Емельян Сергеевич, — ты меня мистифицируешь?
— Голову наотрез! — уверял Митя.
— Понимаешь… — продолжал тянуть профессор. — В случае розыгрыша… Конфуз получится, Митя.
— Емельян Сергеевич! — торжественно клялся Дмитрий. — Душой и телом! Впервые в истории человечества!..
— Ладно, — сдался профессор. — Что нужно?
Нужно было многое, и Дмитрий начал перечислять по списку, который сделал, пока Мария билась над установлением связи. Главным в списке было электронное оборудование и лингвист — портативный вариант ЭВМ, расшифровавший язык майя и сейчас успешно расшифровывавший ронго-ронго с острова Пасхи. Емельян Сергеевич вздыхал на другом конце провода, но с Дмитрием соглашался.