"Увы, нет. Чем больше живёшь на Юге, тем меньше его понимаешь" - в тон ответил Абалкин. "А я здесь, к сожалению, чужак. Как и мы все... Но давайте о вашей миссии. Вы, насколько я знаю, посещали с официальным визитом двор князя З'угра? И как вам показалось?"

"Массавпечаленийнепересказать" - Корней постарался спрессовать все слова в одно. Получилось.

Абалкин прищурился.

"То есть скучно и бесполезно?"

"Что-то вроде того... Бесконечные церемонии. И ещё танцы. Каждый вечер - ножками каля-маля громко по земле тук-тук. Просто невыносимо."

Купчина в тюрбане икнул, после чего стукнул кулаком по столу, подзывая хозяина.

"Да, шумновато они пляшут. Но очень интересно... Я, кстати, одно время увлекался южной музыкой. Представьте себе, у них совсем нет ритуальных мелодий - как в том же древнем Китае, или даже на Севере. И очень большая свобода композиции. Как выражается один мой знакомый певец - художник рисует для глаз, а композитор для ушей, вот и вся разница..."

Давешний нищий обратил внимание на новичка, и пополз выпрашивать подачку.

Корней заметил, что Абалкин как-то странно смотрит на нищеброда, и послал ему короткий вопросительный импульс. Лев, однако, ничего не сказал.

Нищий, как обычно, залез под стол, забился под ноги сидящим, и начал песенку:

- Камень твёрже воды, но вода сильнее камня... Грудь твёрже живота, но живот сильнее груди... Дайте мне что-нибудь, почтенный господин, чтобы в эту ночь мой пустой живот не мучил мою пустую грудь...

Абалкин - всё с тем же странным выражением лица - кинул под стол нищему какую-то подачку. Тот обнял его ногу, коснулся лбом сапога, и отправился к себе восвояси.

"Мне не понравился этот нищий" - наконец, ответил Абалкин на безмолвный вопрос Корнея.

"Мне всё здесь не нравится" - это Корней чуть было не сказал вслух.

Абалкин спокойно принялся за следующую ягоду.