Нет, упорно и добросовестно Миша Стерженьков овладевал знаниями, положительно проявлял себя в теории и в практике разнообразных дисциплин, целеустремленно окончил первый курс и уже начал сдавать экзамены за второй, в зачетке его почти исключительно были четверки и пятерки. Что же касается теории техники толкания ядра - она была единственным предметом, с которым у Миши дело обстояло неважно...

Много ближе к истине оказался бы тот, кто предположил, что, энергично растерев себя жестким полотенцем и выйдя из ванны, позанимавшись немного с гантелями и гирями, потолкав штангу, Миша вновь вернулся к письменному столу и, обретя второе дыхание, как говорят спортсмены, одолел в конце концов оставшиеся страницы теории. Да, так и поступил бы юный спортсмен... если бы не одно обстоятельство, исключительно важное для дальнейшего развития событий. Дом, в котором получила недавно новую квартиру семья Стерженьковых Иннокентий Иванович, старший экскурсовод Музея художественной вышивки, Алевтина Игоревна, водитель самосвала грузоподъемностью в сорок тонн, Таня и Миша,- расположен был на самой городской окраине, возле густого лесопарка, в котором протекала река Москва. Короче, Миша Стерженьков принял такое решение взять с собой учебник и позаниматься где-нибудь в тихом и укромном лесном уголке.)

Повеселев, он вышел из ванной, потрепал по ушам рыжего пса Чемпиона и заглянул в комнату младшей сестры - сделать ей строгое внушение, что надо не петь, а готовиться к предстоящему экзамену по исландскому фольклору. (В ответ, увы, Стерженькова Татьяна показала старшему брату язык, он с большим трудом сдержался, чтобы не применить меру физического воздействия.)

Потом крепкие, тренированные ноги легко спустили Мишу по лестнице до первого этажа, и он ступил на асфальт, слегка даже пружинящий от июньской жары.