Ответом было торжественное единодушное «нет» — если не считать попугаев и скворцов.

— Так что, если вы превратите себя в птицу, вы не сможете снова превратить себя в человека. Вам придется оставаться птицей до тех пор, пока кто-нибудь не скажет магическое слово за вас. Так что лучше будьте поосторожнее, если вы научитесь произносить его.

— А как ВЫ его произносите, учительница? — спросила Донна.

— Мне никогда это не удавалось, — со вздохом сказала я. — Каждый раз, когда я дохожу до этого слова, мне приходится произносить его по буквам, так как я не могу произнести его правильно. Может быть, когда-нибудь я научусь этому. И вот ТОГДА, когда у нас наступит Тихий Час, я превращу вас всех в пасхальные яйца, и в нашем классе будет настоящий Тихий Час!

Посмеявшись, дети вернулись к своим партам, и мы приготовились к нашим послеобеденным занятиям. Но сначала большинство детей склонилось над партами, старательно копируя с доски слово ПИРЗКХГЛ, чтобы унести его домой в надежде на то, что кто-нибудь поможет им научиться произносить его. Все было, как обычно, — смеющиеся дети, наполовину верящие в удивительные способности слова, и торжественная напряженность Дисмей, склонившейся над клочком бумаги и старательно переписывавшей слово, шевеля губами.

А дело «Банни и Майкл против Дисмей» все продолжалось. Я посоветовалась с родителями мальчиков, но мы не смогли придумать ничего путного, что могло бы остановить их. Казалось, существовала какая-то непреодолимая сила, подстрекавшая мальчиков, несмотря на все наши попытки справиться с ними. Иногда приходится сталкиваться с такими вещами, как конфликт индивидуальностей — а иногда и союз индивидуальностей, — которые невозможно объяснить. Я пыталась решить эту проблему с позиции Дисмей, настаивая на том, чтобы она каждый раз, когда мальчики будут пытаться оплести ее очередной басней, рассказывала мне об этом прежде, чем окончательно поверить им; но Дисмей была слишком наивным ребенком, чтобы распознать пускаемое ими в ход коварство. Пробовала я и игнорировать всю эту ситуацию, полагая, что создаю ее сама, признавая ее существование. Но рыдавшая несколько раз в моих руках Дисмей убедила меня в ее реальности.