- Если позволите, я схожу, принесу древние свитки, - сказал жрец. В них все подробно описано. Я вам прочту их. Они хранятся вот за этой дверью, у меня в келье.

- А стреляли в нас, стало быть, ваши монахи, - съязвил Гавличек.

- Ладно, только мы пойдем вместе.

- Конечно, конечно, - охотно согласился жрец и, обойдя огромного землянина, подошел к двери. Гавличек оперся рукой о стену, нагнулся, чтобы войти, но старик вдруг выкинул руку вперед и крикнул: - Что это?

Секунды хватило жрецу на то, чтобы проскользнуть в дверь и захлопнуть ее за собой.

- Наивный старик, - с досадой оттого, что его так примитивно обманули, проговорил Гавличек.

- Неизвестно, кто из вас наивнее, - ответил ему Захаров и тоже подошел к двери. Пэт, испуганно озираясь, последовал за ним.

Как Гавличек ни старался, дверь не сдвинулась с места ни на миллиметр. Не было даже малейшей щели. Хорошо обтесанные бревна были плотно пригнаны друг к другу.

- Может, пульсатором? - смущенно предложил Гавличек. - Все уже ясно: этот жрец - тот еще пройдоха.

- Нет, - ответил Захаров. - Во-первых, мне еще ничего не ясно. А во-вторых, мы под землей. Может обрушиться потолок. И тогда здесь действительно поселятся мертвые и земляне, и феняне. Пойдем отсюда.

- Захаров подтолкнул Пэта к выходу. - Познакомь нас со своей семьей.

Ну, расскажешь, что мы спасли тебе жизнь и не хотим ничьей смерти.

- Хорошо, - сразу согласился фенянин. - Мои родные будут вам рады. Многие из них тоже не хотят ничьей смерти. Я скажу им, что вы великие врачеватели, что вас не берут пули и что вас испугался сам жрец.

В некоторых местах на окраине города лес подошел вплотную, и деревья с кустарником закрыли часть домов. Это было необыкновенно красиво.

Казалось, что изысканная архитектура позволила украсить себя только в тех местах, где это было необходимо. Необходимо по замыслу художника, задавшегося целью объединить мертвый камень с живой природой.