Гавличек молча нес свою ношу. Фенянин не сопротивлялся. Он лежал на плече у землянина и, закрыв глаза, покачивался в такт шагам.

Возле катера Гавличек поставил пленника на ноги и откинул шлем за спину. Затем он включил автопереводчик и, отдуваясь, предупредил:

- Не советую убегать. Я бегаю лучше.

Захаров хлопнул молодого человека по плечу, и тот испуганно обернулся.

- Не бойся. Полезай в машину. Там удобнее беседовать.

Разговор с фенянином не дал разведчикам никаких результатов. Он все время молчал и лишь на закате, посмотрев на солнце, молитвенно произнес:

- Спасибо, Харелл.

- Харелл - это солнце? - поинтересовался Гавличек. Абориген равнодушно посмотрел на разведчика и ничего не ответил.

- Ну что с ним делать? - раздраженно спросил Гавличек. - Давай наваляем ему, и пусть идет. Не с собой же его таскать.

- Отпускай, - согласился Захаров. - Ружье мы отобрали. Пусть идет. Распахнув дверцу, он ткнул пальцем в темноту и обратился к фенянину: Иди, ты свободен.

Абориген затравленно посмотрел вначале на одного разведчика, потом на другого и процедил:

- Не пойду.

- Фьють, - свистнул Гавличек. - Вот это номер. Он не пойдет. А тебя и спрашивать никто не будет. Выкинем - и будь здоров.

Вцепившись в кресло, фенянин уперся ногами в стенку и громко повторил:

- Не пойду, меня убьют.

- Это другой разговор, - удовлетворенно проговорил Захаров. Он закрыл дверцу и подвинулся поближе к аборигену. - Кто тебя убьет?

Расскажи, не бойся.

- Или убирайся к чертовой матери, - рявкнул на него Гавличек.

- Не пойду! - закричал фенянин. - Я не знаю, кто убьет! Кто первым увидит, тот и убьет!

- У вас что, гражданская война? - спросил Захаров, но абориген снова замолчал.

- Ладно, пусть переночует, - проворчал Гавличек. - А утром иди куда хочешь. Нам некогда с тобой нянчиться. Только смотри, не вздумай ночью напасть на нас. Бесполезно.