Но в моей надежде на лучшее нет ничего иррационального. У них был, как говорят американцы, head start, говоря по-нашему — фора. Они были за городом, когда пришла Беда, они были в крепком большом доме с едой и запасами воды, и самое главное — у них было оружие. Не мой нынешний арсенал, естественно, но два новых и добротных дробовика с несколькими сотнями патронов, на тот момент — настоящее сокровище. А еще с ними был брат жены, Володя, человек большой, сильный, отслуживший и на диво оборотистый, у которого, к тому же, была на попечении беременная жена, так что еще и стимул шевелиться. Позже я узнал — связь тогда еще была — что ему удалось разжиться у военных, которые начали раздавать оружие на заправках вокруг Москвы, еще и ППШ, и двумя пистолетами ТТ, и целым цинком патронов. В общем, должны были устроиться в безопасности, на мой взгляд, тем более, что в поселке — мы жили за городом — было еще немало людей.

А пока... а пока надо добраться до страны под названием Королевство Нидерланды, это задача-минимум. И туда мы и идем. Ползет отметка на карт-плоттере, рассечен прямой линией нашего курса экран навигатора, радар "Фуруно" честно демонстрирует почти пустой экран — нет в океане никого настолько большого, чтобы обозначать себя метками. Пустота, как я уже сказал.

Сзади послышались шаги, в рубку вошел Сэм, на ходу вытирая руки полотенцем.

— А что ты здесь, а не наверху? — вроде как удивился он. — Погода прекрасная, да сэр, загорал бы.

Над головой еще одна рубка, открытая, специально для тех, кто желает принимать солнечные ванны, так сказать. Называется "летящий мостик".

— Неохота, — покачал я головой. — Здесь кресла мягче.

Действительно, вдоль панели управления выстроились в ряд три невероятно удобных вращающихся кресла, обтянутых кожей сливочного цвета. Сядешь — и вставать неохота. Наверху сиденья виниловые, пожестче будут, нет такой благодати для седалища.