А бегать и прыгать тогда довелось немало. Бруббиды не давали мне проходу, хромо-редианцы все пытались добраться до меня своими писк-ракетами, муссорги заблокировали коллекторы, и мне ничего не оставалось, как перейти на уровень выше.

Тот месяц выдался для меня особенным. В биолабораториях я отыскал прекрасной сохранности череп видонга, мой к тому времени уже изрядно пообносился. После случая со сторожевым лазером, когда кость над правым полушарием частично испарилась, я все искал подходящие вместилище для своего мозга и наконец нашел. Череп видонга подошел практически идеально, на первых порах несколько мешали рога, но я потом привык. Глаза я вставил — мой собственный, необычайной голубизны, и сапфировый глаз бруббида, а вот нарастить лицевую мускулатуру толком и не успел. Фурпирры редианцев вычислили мое убежище и пришлось опять скрываться.

Но к тому времени я уже знал главную тайну Старшего Бразза. Я знал, что он задумал и разведал, где именно он прячет ее. Еще месяц ушел на то, чтобы миновать карантинные пушки. Месяц — на исследование верхних лабораторий. Почти два месяца довелось пробираться по разрушенным переходам Кольцевого Сателлита.

И вот я почти у цели.

Проход осветили лиловые прожектора. Это означало, что редианцы уже засекли меня своими визерами, и сейчас, несомненно, сработают гравии-мины. Так и случилось — два еле слышных хлопка, и мои ноги прочно сковало. Я усмехнулся про себя, щелкнул переключателем гравиполя и в прыжке засадил длинную очередь по визерной башне. В конце коридора вспыхнули зеленым огоньки биогенератора. Я плавно приземлился у подножия башни, не глядя ткнул тау-бомбу в переплетение трубопроводов и перескочил на пандус.

Глухо щелкнули зажимы биокамеры, лязгнула заглушка шлюза и из генератора в проход выбрался здоровенный чуппатор. Зеленоватая слюна стекала с сабельных клыков, трехпалые могучие лапы заскребли по рифленой стали пандуса. Огромная тварь выгнула шипастую спину и утробно зарычала.