— Стойте! — крикнул он. — Дальше не ходите! Сатир растерянно замялся.

— Но пожар…

— В городе вас ждет худшее, чем пожар, — сказал Дарджер. — Да и вообще, это всего лишь стог сена.

Подоспел и остановился второй сатир с бурдюком. Это был Папатрагос.

— Дарджер! — воскликнул он. — Что вы делаете на моей ферме? Ания с вами?

На мгновение Дарджер пришел в замешательство.

— Ания ваша дочь?

— Ну да, — улыбнулся Папатрагос. — Насколько понимаю, я практически ваш тесть.

К тому времени уже все сатиры, кто был достаточно близко и, увидев пожар, прибежал его тушить — всего около двадцати, — сгрудились вокруг двоих друзей. Сэрплас поспешно изложил все, что они знали про Пана, Эрис и беспорядки в городе.

— И это еще не конец, — продолжал Дарджер. — Старший научный сотрудник говорила что-то про испытание Диониса: мол, они хотят использовать его для усмирения мятежей. А поскольку сегодня ночью он не появился, значит, им придется подстроить еще одни беспорядки, чтобы проверить эту его способность. Грядут новые беды.

— Это не наша забота, — возразил грузный фермер.

— Станет нашей, — объявил Дарджер, по обыкновению своему властно употребив личное местоимение во множественном числе первого лица. — Как только зачинщица беспорядков уйдет из города, она, скорее всего, объявится здесь. Разве Дионис не танцевал в полях, пройдя по городу? А значит, Эрис движется сюда, чтобы восстановить отца против сына и брата против брата.

По рядам сатиров пробежал гневный шепоток. Призывая их к молчанию, Папатрагос поднял руки.

— Трагопропос! — сказал он прыщавому сатиру. — Беги, собери всех взрослых сатиров, кого сможешь. Скажи, пусть хватают любое оружие и приходят к монастырю.

— А как же горожане?

— За ними пошлем кого-нибудь другого. Почему ты еще здесь?