Как уже упоминалось, русской разведке удалось завербовать одного из сотрудников разведотделения австрийского военного министерства. Этот агент сообщил, что в штабе Варшавского военного округа действует опасный австрийский шпион. Агент не знал его настоящей фамилии. Тем не менее он обещал в скором времени сообщить информацию, которая даст возможность раскрыть инкогнито предателя.

Над Гриммом сгущались тучи. Ничего не подозревая, он продолжал собирать информацию для отправки в Вену. Неожиданно напомнила о себе германская разведка. В свое время подполковник получил у немцев аванс в 2000 марок, чтобы переслать стратегические сведения, которые обещал добыть в Главном штабе. Прошло уже более двух лет, но сведений так и не было. Агент надеялся, что в Берлине о нем забыли. Немцам надоело ждать, и 1 января 1902 года Гримм получил из Берлина поздравительную рождественскую открытку с надеждой вскоре увидеться с агентом № 2. Предатель испугался и поспешил заверить германских хозяев, что в ближайшее время они получат заказанную информацию. Встреча с представителем немецкой разведки должна была состояться у германского вице-консула между 2 и 5 марта 1902 года. Из числа подготовленных для австрийцев документов Гримм отложил два для немцев. Этого, по его мнению, было вполне достаточно, чтобы не возвращать 2000 марок и избежать нареканий за двухлетнее молчание.

Через несколько дней, взяв документы и письмо, в котором просил очередные 8000 рублей, он отправился к барону Геккингу-о-Карроль. В Вене давно, еще с ноября 1901 года, ждали посылки от своего агента, но он все время откладывал визит к консулу. После ссоры с Бергстрем у супругов Гримм установилась "семейная идиллия". Торжествующая мадам Гримм тем не менее не теряла бдительности - не отпускала мужа от себя. Наконец агент собрался нанести визит консулу. Но возникло неожиданное препятствие. Дело в том, что через Варшаву должен был проехать австрийский эрцгерцог Фердинанд, в связи с чем министерство иностранных дел дало указание консулу воздержаться от сношений с тайной агентурой. И не объясняя Гримму подоплеки дела, консул не захотел принять пакет. Шпион испугался: по его мнению, австрийцы решили отказаться от его услуг. Привыкнув к роскошной жизни, он не мог себе представить, что будет жить на одно жалованье при возрастающих долгах.