К сожалению, доказать виновность Бергстрем так и не удалось. Улики, имевшиеся на руках у русских контрразведчиков, оказались недостаточными, донесения же секретного агента, естественно, не могли фигурировать в судебном процессе. А Гримм упорно утверждал, что фотографию Серафимы он сам дал Дзиковскому, чтобы ее увеличить. Само собой разумеется, Серафима тоже заняла твердую позицию - не сознавалась. В конце концов дело вынуждены были прекратить.
Во время следствия была полностью доказана невиновность Руппа, Фитисова и писарей штаба. Их освободили.
Консулу Геккингу-о-Карроль и майору Мюллеру в ультимативной форме предложили покинуть пределы страны. "В нем мы потеряли энергичного и толкового работника", - писал о майоре Мюллере в своих мемуарах шеф австрийской разведки Макс Ронге. Это был серьезный удар по австрийским спецслужбам.
А русский агент в Вене получил положенный гонорар и продолжал свою работу. Кем же был этот загадочный человек? В документах по делу Гримма на данный счет нет конкретных указаний. Русская разведка очень дорожила агентом, и настоящее его имя не упоминалось даже в секретной переписке. Однако, учитывая широкую осведомленность и возможность доступа к секретам австрийской разведки, нетрудно догадаться, что он сам являлся сотрудником этой организации. Известно, что в 1902 году русскими был завербован сотрудник австрийского разведывательного отделения майор, а впоследствии полковник Альфред Редль. Разоблачение Гримма и вербовка Редля совпадают по времени. Думается, именно Альфред Редль и был тем таинственным агентом, который пресек страшную по своей губительности деятельность Иудушки-Гримма.