– Может и так, – согласился Миша, – ведь Россия сама предложила такую конфигурацию резолюции. Но вообще, было бы смешно, если бы кампания, спровоцированная каким-либо турагентством, переросла в вооруженный конфликт.

– Да какой вооруженный конфликт? – удивился я. – Кто и чем стрелять будет? Флот давно пропили, ракеты не запускали сколько лет, боясь опять сбить что-нибудь не то. А Турция – страна НАТО, хоть и бывшая, но все-таки ещё месяц назад участвовала в совместных учениях.

– Ладно, не в первый раз, – успокоил Миша. – Пошумят, поскандалят, потом помирятся, если Украина задобрит российские турагентства. Все будет как всегда – тихо и скучно. Только нам опять в Крым не съездить – не по карману… Лучше уж в Италию…

Миша, сам того не желая, наступил на больную мозоль. Не видать мне скоро Италии, да и с семьей только по аське и общаюсь. Но пусть они там посидят, пока у меня устаканится… Кстати, ну её аську – надо мессенджер установить.

Глава четвертая

В пять часов утра меня разбудил российский гимн. «Боже, царя храни» играли громко и вдумчиво. Задушевность, после вчерашнего спирта с газировкой, сильно задевала за потаенные струны души, и только отсутствие под рукой утюга спасло комп от разрушения… Я не вырубил его, как обычно, с вечера. На мониторе российская служба телевидения он-лайн. Вставать было лень, и я просто закрыл голову подушкой. Да и гимн в ближайшие часы не ожидался. Сон вернулся быстро, но не просто, а с живописной картиной.

Я, первый в мире космонавт, возвращаюсь из полета. Гордо иду по ковровой дорожке. У самых ступенек, когда уже можно разглядеть каждый волос в прическе Хрущева, я спотыкаюсь и падаю. Прямо на ступеньки. И, запутавшись в развязанных шнурках, не могу подняться, а оркестр уже начинает играть позывные – «Широка страна моя родная». Левитан, почему-то стоящий на трибуне вместо Брежнева, начинает зачитывать текст: