А информационные службы Республики, как нарочно, вновь и вновь показывали царственных близнецов. Репортеры Новой Республики предпочитали не акцентировать внимание на том, как детишки пускают слюни или ревут, упав и расшибив себе коленку, и сильно приукрашивали радости, связанные с воспитанием малышей. В итоге каждую ночь мне стал сниться один и тот же сон я держу улыбающегося младенца, который мне говорит: "Здравствуй, папа!" Странно, но вскоре я перестал воспринимать его как ночной кошмар, напротив, постарался сохранить видение в сознании. Когда просыпался, то казалось еще немного, и я приму все условия Миракс.

Осознав, что собственный страх и упрямство чреваты потерями (успехов в труде предостаточно, а вот счастья в личной жизни), я пошел на компромисс. Миракс не признает ни завтра, ни вчера, она живет сегодня. Черта, которая неизменно вызывает у меня недоумение, смешанное с восхищением, ибо я мыслю сразу несколькими годами. Я сказал Миракс, что мы вернемся к вопросу о детях сразу после финального сражения с пиратами. Таким образом, не сказано "нет", и вместе с тем выгадывается время. Жена восприняла мое решение спокойно, чем снова удивила. Похоже, она решила играть роль невинной жертвы, вызывая у меня тем самым чувство вины. Неплохая тактика в данной ситуации.

Я выбрался из паутины воспоминаний и неохотно сказал:

Свистун, напомни, когда вернемся домой, что мы с Миракс должны принять окончательно решение по поводу ребенка. Сразу же, а не когда-нибудь после. Тавира больше не будет влиять на мою личную жизнь.

В ответ гомерический хохот Свистуна, в котором, впрочем, улавливались довольные нотки. Хоть кого-то я сегодня сумел осчастливить.

Я взглянул на главный монитор. Ага, не зря мы здесь фланировали. "Сверкающая Звезда" взлетела с Алакаты, и был отчетливо виден еще один корабль. Свистун идентифицировал его как крейсер, известный под названием "Жирный куш". В отличие от консервативного дизайна этот был щедро усыпан бородавчатыми выступами. Выступы отделились от корабля-матки и направились к лайнеру.