И такая пикантная деталь, что я родилась больше, чем через тридцать лет после войны, а маме было двадцать лет, то есть в войну она вообще не жила, маму ничуть не смущала. Ну, и я не очень активно допытывала родительницу. Главное, что отец был. А может, и есть до сих пор...

Когда мама погибла, я осталась одна-одинешенька. Очень долго я отходила от похорон, потеря близкого, любимого, единственного человека серьезное психическое потрясение и большой шок. Как бы кощунственно это ни звучало, но смерть матери послужила еще одной причиной моего переезда. Я хотела уехать как можно дальше от мест, по которым недавно ходила мама. Каждая вещь, деталь, напоминала о ней, вводя меня в новую депрессию. Если вы спросите, почему я не перекочевала в Москву раньше, при жизни матери, отвечу: мама была против, ни в какую меня не отпускала. Свои доводы она мотивировала тем, что вся моя родня жила в деревне, следовательно, и мне предстояла участь провести все свои дни среди коров, гусей, свиней, уток, прочей живности и растительности. А меня это совсем не вдохновляло, моя душа настойчиво добивалась и требовала красоты, свободы, чудесных мест, и, может быть, любви. И, молодец моя душа, добилась желаемого. Почти. Любви нет. Романчики есть, а крепких отношений - нет. А я не особо расстраиваюсь. Придет любовь, куда она денется! Она просто обязана прийти. И вот, жду я принца на белом коне. Впрочем, если вдуматься, принцы давным-давно перевелись, да и конный спорт нынче не в моде.

Схоронив мать и отойдя от шока, я, недолго думая, продала за огромную сумму какому-то новому русскому с подозрительно толстой золотой цепью домик в деревне вместе с сопутствующим хозяйством и отчалила в Москву - город моей мечты первым же поездом. Я без сожаления рассталась с деревенскими алконавтами, наркоманами (которые наркоманить-то толком не умеют), с продавщицей в местном магазине Любкой, с библиотекаршей Марьей Константиновной.