Это была не музыка. Это была запись, продиктованная хозяйкой автомобиля.

«Если вы слышите это… значит, я уже мертва, — сказал девичий голос, некогда, вероятно, бывший приятным, но теперь в горле у говорившей что-то противно хрипело и хлюпало при каждом вздохе. — Но это значит и то, что вы живы. Значит, против этого… — тут говорившая употребила какое-то слово, бывшее, видимо, прилагательным или причастием, но неизвестное Еве ни на одном из пяти языков,

— … вируса все же нашли какое-то средство. („Грубая логическая ошибка“, — констатировала Ева. „Одно вовсе не следует из другого.“) Может быть… может быть, и Том еще жив, и его успеют спасти. Его зовут Томас Джереми Картер, он работает в госпитале святой Маргариты. Я так надеялась, что мы хотя бы в последнюю минуту будем вместе. Но я чувствую, что мне уже не доехать. Пожалуйста, передайте ему этот диск. Том… Том, я люблю тебя. (Некоторое время не было слышно ничего, кроме всхлипываний.) Прощай, милый.» Запись оборвалась.

«Как глупо, — фыркнула Ева. — Надеяться на то, что спасется работник госпиталя — да ведь они гибли в первую очередь! И неужели в свои последние минуты она не могла подумать ни о чем более важном, чем объяснение в любви мертвецу?»

Дорога сворачивала к югу, и сразу за поворотом девушка увидела множество машин. Это была гигантская пробка, растянувшаяся почти на милю. Не имея никакого желания продираться между ржавыми корпусами под взглядами бесчисленных черепов, Ева сошла с шоссе, перебралась через канаву и двинулась в обход. Это было правильное решение: если в хвосте пробки между машинами еще можно было протиснуться, то дальше начиналась сплошная металлическая каша. Задние в отчаянии таранили передних, сминали и утрамбовывали их, корпуса громоздились друг на друга, валились с обочин… У оказавшихся в этих машинах не было никаких шансов на спасение — зажатые другими автомобилями со всех сторон, они не могли открыть дверцы и выбраться. Впрочем, они в любом случае были обречены; даже если кто-то из них каким-то чудом избежал заражения прежде, для них все было кончено с того момента, когда они оказались в этой пробке, среди сотен больных и умирающих людей.