Аргентальный клинок легко прорезал кожаные поножи охранника, людомед заревел от боли и попятился назад. Я тем временем напал с фланга на вторую тварь, которую Тога очень своевременно ткнул шокером прямо в правую руку, парализовав ее. Я рубанул катаной людомеда за ухо, да так, что кость громко хрястнула, а потом, избавившись от угрозы с фланга, занялся первым охранником, который теперь, с раненой ногой, не представлял такой уж большой проблемы для меня. Через пару секунд с людомедом было покончено: перешагнув через трупы, мы побежали по коридору к выходу в лабораторный сектор. Здесь Тога попросил пять минут передышки на то, чтобы перезарядить исмэн, питающий его электрошокер.

Я смотрел, как мой казанский друг насыщает своей биоэнергией кристалл в древке посоха и думал о том, что уж очень удачно у нас пока все получается. Начать с того, что я на удивление быстро сумел уговорить Барнабо раздобыть нам план Кубикулум Магисториум. Мне даже удалось выяснить, где именно Мастер держит Марику – в так называемой зоне «Х», или штрафной зоне, куда помещали наиболее опасных или непокорных проминжей. Буквально перед самым началом нашей операции я получил через Барнабо новое письмо от Марики: моя милая вампиресса сообщала мне, что любит меня еще сильнее прежнего и ждет не дождется, когда мы наконец-то встретимся. Это письмо стало последней каплей, и я торжественно пообещал Тоге, что разнесу всю Империю по кирпичику, но вызволю Марику из неволи.

– Твою бы сексуальную энергию, да сублимировать! – ответил мне на это Тога.

Четыре дня спустя мы были в окрестностях Бевелона, столицы Империи и очень скоро добрались до Кубикулум Магисториум. Имперские маги отгрохали себе серьезную цитадель – больше всего Кубикулум Магисториум напоминал три огромных каменных кольца, вписанных одно в другое и связанных между собой бесчисленным количеством аркбутанов, крытых переходов и галерей, мостов и подземных туннелей.