Из сна Вечеслава вырвал разухабистый свист. Один, второй, третий короткий и резкий, а следом протяжный, отдающийся в ушах мерзким звоном. Удивлённо распахнув глаза, он тут же приподнялся, и непонимающе, ещё не совсем проснувшись, уставился на тёмную фигуру, быстро приближающуюся к нему. Край правого глаза выхватил ещё один силуэт, мелькнувший среди деревьев, и в ушах тут же кольнул хруст сломанной ветки. Всего секунду Вечеслав просто созерцал эту непонятную картинку, считая её сном, но как только эта секунда завороженности и непонимания кончилась, он мгновенно вскочил на ноги и затравленно огляделся.

— Чёрт! — провопил мозг. — Где ведьмак?!

Ведьмака не было. Чёрная фигура, стремительно приближалась, и Вечеслав почувствовал, как ускоряется его сердце, а спину взрывают холодные мурашки. Сомнений в том, зачем она приближается, не возникало. Помимо того, что и сам обладатель фигуры выглядел довольно жутко (искажённое от злости лицо, перечёркнутое почти строго по диагонали шрамом, какой-то чёрный тулуп мехом наружу), вдобавок в его руке Вечеслав разглядел оружие. Картинки, на которых изображалось что-то подобное, обычно подписывались так — меч такой-то, такого-то века. Держа его на уровне пояса, параллельно земле, нападающий стал вскидывать руку, делая замах. Правой ногой он задел кучку пепла от костра, и взметнувшиеся во все стороны частички золы, придали картинке ещё более зловещие черты.

И до Вечеслава вдруг очень чётко дошло, что спасти свой череп, а с ним и саму жизнь, можно только перестав глупо размышлять о происходящем и начав действовать. В ту же секунду он на автомате, подчиняясь одним только инстинктам, с размаху повалился на землю. Уже в падении, он выбросил вперёд левую руку, и перекатившись по ней, вскочил на ноги метрах в семи от нападавшего мужика. Таким приёмом из айкидо он однажды хотел поразить воображение Маши, ещё в их букетно-конфетный период отношений, но лишь здорово напугал будущую супругу.