Ледников вошел в дом. На даче было странно тихо. В комнатах на первом этаже даже свет не горел. Только в коридоре. И ничего не говорило о том беспорядке, который сопровождает всякий переезд. Лишь на втором этаже слышались какие-то стуки и голоса. Наверное, Андрей и Виктория Алексеевна ссорятся из-за Артема, подумал Ледников. Он - несет брата на чем свет стоит, а она мужественно, несмотря ни на что, защищает своего младшего сына.

Ледников снял куртку, повесил ее на вешалку. И опять подумал о Гланьке. Вот странная встреча! Она вела себя так, будто это она старше его на много лет. Вообще, право вести себя так с мужчиной женщине обычно дает любовь - она любит, и потому ей все дозволено. Но Гланька, с которой у него никогда ничего не было, с которой они виделись-то в последние годы всего ничего! Правда, может, она тоже все эти годы вела с ним виртуальные разговоры?! Может, и у нее есть пристрастие к подобным занятиям?

- Я тебя умоляю, не надо!.. Погоди!

Испуганный крик Виктории Алексеевны прервал его сентиментальные размышления. Наверху, в кабинете, двигали что-то тяжелое, роняли, потом раздался звон бьющегося стекла…

- Господи, что ты делаешь! Ну, зачем? Зачем? - отчаянно воскликнула наверху Виктория Алексеевна.

И тут что-то тяжко ухнуло и покатилось по лестнице.

А потом наступила тишина.

Ледников не знал, что делать. Наверху, судя по всему, шло какое-то тяжелое выяснение отношений, присутствовать при котором ему было ни к чему. Может, чтобы обнаружить себя, начать топать ногами? Или закашлять?

- Да пропади он пропадом! - донесся раздраженный донельзя голос Андрея. - Нельзя тащить с собой все. Хоть от чего-то нужно избавляться? Хоть от чего-то!

- Конечно, ты бы избавился от всего. Будь твоя воля!