Вараконн рассказал о своих страхах Руатайну.

- Его убила лошадь, - сказал воин. - Ты не нарушал гейсов. Не беспокойся. Держись поближе ко мне, и мы оба переживем битву.

Это не утешило молодого охотника.

- Я ехал на лошади и управлял ею.

Чувствуя, что друг безумно напуган, Руатайн обнажил свой искусно сделанный железный меч.

- Возьми, - сказал он. - На него наложены четыре великих заклятия друидов. Тот, кто сражается этим мечом, не будет убит в бою.

Вараконн понимал, что надо немедленно отказаться. Клинку не было цены. Большинство воинов носили бронзовые мечи, но Руатайн два года назад отогнал свой скот на побережье и вернулся домой с этим клинком. Все юноши племени собрались вокруг него, упрашивая разрешить им хотя бы дотронуться до серой стали.

Вараконну было стыдно, но он взял меч, избегая смотреть другу в глаза.

- Ворна говорит, что у тебя будет сын.

- Да, сын, - отозвался молодой охотник, радуясь смене темы. Они посидели немного в молчании, и стыд начинал душить Вараконна. Наконец он поднял меч и протянул его владельцу.

- Я не могу взять его, - сказал он.

- Какая чепуха, конечно, можешь- Я не умру завтра. Я не нарушал гейсов. Бери меч и верни мне его после битвы.

- Это меня очень обнадеживает, - признался Вараконн. Они посидели в тишине, а потом молодой охотник снова заговорил: - Я знаю, ты любишь Мирию, вижу, как ты на нее смотришь. Я никогда не понимал, почему она предпочла меня тебе. Даже теперь не понимаю, но прошу, дорогой друг, будь ей опорой, если я... умру.

Руатайн схватил юношу за плечо.

- А теперь послушай меня, и пусть мои слова отпечатаются в твоем сердце. Я не позволю тебе умереть. Держись рядом со мной, я буду защищать тебя.

Вараконн, тоскуя, крепко сжал рукоять меча своего друга. Она была такой надежной, что страх оставил его. Он сел на камень и принялся молиться о знаке, чтобы дать имя души своему сыну. А обычное имя будет Коннавар Конн, сын Вара. Оно должно прославиться среди людей, а имя души свяжет мальчика с этой землей, в нем сохранится магия ночи его рождения.