Тереска сидела и смотрела на красивое, не замутненное никакими переживаниями лицо Кристины. Смотрела взбудораженно и даже ошеломленно. Жених, что за чертовщина! В наше время — и какие-то дурацкие женихи! Для чего они нужны? Нет, Кристина точно не от мира сего...

   И вдруг одноклассница показалась ей ужасно взрослой, ужасно опытной, обремененной знанием настоящей жизни и ответственностью перед нею, хотя она была старше Терески всего на год. В свои семнадцать лет она уже строила планы замужества, уже осуществляла их, и при этом предвидела, что всякое бывает, неизвестно еще, как жизнь обернется...

   Шпулька перестала убиваться над десятью тоннами древесины и тоже зачарованно засмотрелась на Кристину.

   — Ну, ты перестраховщица, - неуверенно сказала она. - Он же за тобой бегает? Любит тебя?

   — Беда в том, что я по уши в него влюблена, - вздохнула Кристина. - Он, конечно, тоже. Только у него может пройти.

   — А у тебя?

   — У меня нет. Я еще никогда и ни в кого не была влюблена. Он единственный на свете. Он такой чудесный, просто исключительный!

   Глаза ее озарились, словно откуда-то глубоко изнутри пробился волшебный свет, и Тереска почувствовала в сердце укол зависти. На ее глазах происходило чудо — расцветала великая взаимная любовь, но не она была участницей замечательного события, ей оставалась лишь роль стороннего наблюдателя. Как же так? Тереске тоже хотелось, чтобы ОН был хорошим, исключительным и по уши в нее влюбленным...

   При мысли о Богусе укол зависти стал еще ощутимее. Богусь, конечно, тоже чудесный и исключительный, но что касается влюбленности... Вот наказание! Вместо того, чтобы чувствовать себя на седьмом небе от счастья, приходится ждать и страдать в тревоге и неопределенности. Может быть, блаженное счастье доступно только натурам старомодным? Богусь в роли жениха... гм...

   Ладно, жених не жених, но главное, что он существует, что есть кого ждать, есть для кого принаряжаться и вообще следить за собой. Как она вообще прожила свои шестнадцать лет без Богуся?