- Что случилось? - поинтересовался дежурный, увидев перед собой нашу живописную группу, состоящую из гражданина, шляпы, меня и клизмы с чернилами.
- Малолетний бандит! - торжественно доложил мой конвоир. - Ишь, взяли моду обливать людей на улицах! В колонию его надо.
В качестве иллюстрации он размахивал своим трофеем, а я замирал от ужаса, глядя на столь неосторожное обращение с этим чрезвычайно деликатным предметом. У меня появилось предчувствие, что добром это не кончится, но я не мог заставить себя вымолвить ни слова.
- Так, - устало протянул дежурный, обращая взор на меня. Время шло к вечеру. Наверное, у него был нелегкий день. - Нехорошо...
- И приобщите к делу вот это! - кипя священным негодованием, провозгласил облитый гражданин. Он подошел к столу дежурного и с размаху опустил на него клизму.
Нет, не обмануло меня предчувствие! Уникальный черниломет в первый и последний раз сработал: утробно булькнув, он косо плюнул в стенку рядом со столом дежурного, и я обреченно увидел, как по ней расползается огромная злорадная клякса.
Наступила пауза, которую мне потом пришлось наблюдать еще раз лишь однажды - на сцене, во время представления гоголевского "Ревизора". Затем дежурный задушевно поинтересовался, показывая на мой оттопыривающийся карман:
- А там у тебя что, мальчик?
Хорошо сознавая, что жизнь моя кончена, я покорно вытащил и отдал свой водомет. Дежурный осторожно перевернул его, вылил каплю на ладонь, зачем-то даже понюхал и убедился, что тут простая вода.