Он тяжело поднялся:

— А теперь иди. Завтра придешь, как договорились.

Глава 3

— Нет! — крикнул Гарт. — Не так! Резче! И зад не отвешивай!

Тут он вспомнил, на кого кричит, странно забулькал и покраснел. Хотя уж куда краснее: натянутый над двором легкий навес спасал от солнца, но не от жары.

Гарт положил свой меч на подстилку у забора, и сам присел рядом. Керин стояла перед ним, опустив меч, тяжело дышала. Капли пота сбегали по ее покрытому пылью лицу.

— Не стой, походи, руками подвигай. Кобылу, и ту после скачки…

Гарт зажал рот ладонью. По счастью, прибежала Дубравка с кувшином воды. Керин протянула руку, но Гарт перехватил кувшин:

— Остынь, говорю. Разве губы смочи. И умойся, давай полью.

— И что за блажь в такую жару мечом махать? — продолжил он, выливая себе на голову остатки воды и размазывая по лицу получившуюся грязь.

— Времени мало, — хрипло сказала Керин. — Не буду отдыхать, а то потом и шевелиться не захочется…. А зачем на тебя глядеть? Ты говорил, на тебя глядеть. Почему не на клинок?

Гарт закинул руки за голову, прищурился:

— Почему? Понимаешь, клинок блестит. Когда солнце — и ослепить может. И потом, клинок ведь не живой. Его человек направляет. А уж дракон… на него, видать, и глянуть страшно… Еще…

Гарт опять укусил себя за язык.

— И откуда ты всему этому научился? Ну, науке меча?

— А… Так я же оружейник. Кто делает оружие, должен уметь им сражаться. Так мой отец говорил. Все оружейники это умеют.

— И мастер Брезан тоже?

— Конечно! Он бы сам мог тебя научить, да ему не до того, — Гарт кивнул в глубь двора, где под навесом стоял горн. Оттуда доносились грохот и резкие выкрики, среди которых выделялся густой бас Брезана.