буквально из-под палки. Прикованный к постели чахоткой, не в состоянии удержаться на любой с трудом найденной работе, без гроша в кармане и обязанный платить алименты, он был просто обязан как-то зарабатывать деньги, и из всех доступных ему работ писательство было самой тяжелой. Он ясно сознавал (смотри его автобиографию), что должен развлекать читателя, чтобы остаться в живых, и результатом стал целый поток великолепных произведений о будущем - лучше их, пожалуй, ничего и не написано. Как пророчества все они безнадежно устарели... ну и что с того? Они захватывают современного читателя ничуть не меньше, чем в "Блистающие девяностые" или "Лиловое десятилетие".

Попробуйте раздобыть его роман "Когда спящий проснется". Техника в нем изображена очень изобретательно - и ни к черту не годится. Будущее великолепно - но так и не наступило. И все это совершенно не портит сам роман; это великолепное повествование о любви, принесенных жертвах и леденящих кровь приключениях, базирующееся на основе масштабных предположений о природе Человека и его Судьбе. Впервые я прочитал его в 1923 году и перечитывал с тех пор десяток раз... и продолжаю перечитывать до сих пор всякий раз, когда ощущаю неуверенность в своих способностях справиться с малопривлекательным процессом написания прозы ради развлечения совершенно незнакомых мне людей, - и всякий раз при чтении романа Уэллса меня заново охватывает восхищение.

Моя повесть "Никудышное решение", опубликованная в этой книге, сознательно написана "под Уэллса". Нет-нет, я вовсе не утверждаю, что по качеству она достойна Уэллса, - о качестве судить вам, а не мне. Но написана она по методу, предложенному Уэллсом для подобных произведений: примите одно, только одно базовое новое предположение, а потом изучите все вытекающие из него последствия - но выразите эти последствия с точки зрения людей. В качестве предположения я выбрал "абсолютное оружие" и поразмыслил о том, какие изменения оно вызовет в судьбе человечества.