Думаешь, мне легко на это решиться? – спросил Главком. – Столько лет отдано делу… Ты, правда, раньше меня начал, по и я с Неделиным еще работал вместе. А вот силы, Иван, не те… Только работать хоть чуть слабее совесть не позволяет. Уступлю место более молодому, здоровому. Вовремя уйти – это, брат, великое дело…

Потом Иван Егорович узнал, что в связи с рапортом Главкома пригласил к себе на беседу Председатель Со вета Обороны. Поговорили по душам… Убедился Председатель в обоснованности маршальской просьбы, поблагодарил за службу, пожелал ему доброго здоровья.

– Опыт у вас большой, – сказал он. – Помогите на первых порах тому, кого подберет на ваше место Политбюро.

Ну а пока замена еще не пришла, попросил Главком разрешения у Министра обороны выехать на два-три дня в одну из ракетных частей, где еще раньше был запланирован учебно-боевой пуск ракеты. Последний его пуск…

«У меня их уже не будет, – с привычной грустинкой – он приучил себя спокойно относиться к сложившемуся положению – подумал Иван Егорович, усаживаясь за письменный стол и раскрывая папку. – И все-таки что-то значит еще старый Макаров, если идут к нему за советом молодые генералы».

Последняя мысленная фраза относилась именно к зеленой папке, которая лежала у него на столе. Утром заехал к нему молодой генерал Михайлов, отдал папку, смущаясь, попросил полистать на досуге.

– Досуга у меня хоть отбавляй, – сказал Макаров. – А что это за роман, Виталий Дмитрич? Детектив какой?

Михайлова он знал хорошо: ученик его и выдвиженец. Был у Макарова начальником штаба. А с год назад Главком, которому этот бывший моряк нравился, взял его к себе в Шимолино заместителем начальника Главного штаба.

Тут кое-какие мысли, – несколько запинаясь, что в общем-то на Михайлова не было похоже, сказал генерал-майор. – По нашей с вами службе в Каменогорске. А в академии считают – нужная разработка. Просят оформить как научную работу.