Ребята миновали контрольно-пропускной пункт и дождались автобуса, который шел от пригородной железнодорожной платформы Кустово. Отсюда до реки было минут пятнадцать – двадцать езды.

От знакомого моста через реку рыболовы ушли вверх по течению, пересекли зеленый луг, где вольно паслись табуны конезавода, обогнули излучину и оказались в сосновом бору. Еще немного – и вот они, заветные Толииы места. Зюганов знал здесь такие клевые заводи… Тут они и бросили якорь, как объявил торжественно Витька Макаров. Он едва ли не с пеленок бредил морем, огорчая деда Ивана, мечтавшего о продолжении ракетной династии.

Ничего, товарищ генерал, – успокаивал внук старшего Макарова, – ты шибко не переживай… У меня вон брательник Юраш подрастает. Его и отправим в ракетное училище. А я капитаном буду, дальнего плавания. Да и зачем нам столько ракетчиков? Мы ведь договор с американцами собираемся подписать… Сокращаться будем, дедушка!

А космос? – не унимался отставной генерал. – Неужели тебя на Марс не тянет?

Не тянет, – сокрушенно признавался Витька. Ему и деда было жалко, и с мечтой расставаться не хотелось. – Мне на острова Фиджи надо попасть. Исландию хочу посмотреть, гейзеры там всякие… И еще в Рио-деЖанейро…

Тоже мне – Остап Бендер, – сердился дед, но быстро переводил разговор на другую тему, надеясь, что успеет еще переубедить внука до окончания им школы, б

Словом, бросили рыболовы якорь, устроились со стоянкой и закинули удочки, каждый но две штуки.

И начался этот день, первый день июля, когда Витьке Макарову исполнилось тринадцать лет. Попервости имениннику везло. Клев шел неплохо, парень надергал с пяток подлещиков и полудюжину окуньков, а потом рыбацкий фарт ему изменил, перешел к Толе Зюганову, который, изловчившись, исправно тянул из реки рыбу.