- Мы с вами договорились работать независимо друг от друга, мистер Холмс. Я так и делаю.

- Да, конечно. Не обижайтесь на меня.

- Что вы, сэр, я же понимаю, что вы хотите мне помочь. Но у каждого из нас свой подход к делу, мистер Холмс. У вас - один метод, у меня, возможно, другой.

- Ни слова, больше об этом.

- Всегда рад буду поделиться с вами своими новостями. Парень этот совершеннейший дикарь, силен, как ломовая лошадь, и зол, как дьявол. Чуть не откусил Даунингу большой палец, прежде чем они с ним сладили. Почти не говорит по-английски, и мы от него ничего не добились, кроме мычания.

- И вы считаете, что есть данные за то, что он убил своего хозяина?

- Я этого не говорил, мистер Холмс, я этого не говорил. У каждого из нас есть свои маленькие хитрости. Пускайте в ход ваши, а я, с вашего позволения, буду пользоваться своими. Таков наш уговор.

Когда мы, расставшись с Бэйнсом, зашагали обратно, Холмс пожал плечами:

- Никак не могу раскусить этого человека. Похоже, избранный им путь ведет к пропасти. Что ж, как он говорит, каждый из нас должен идти своей дорогой; потом посмотрим, что из этого выйдет. Однако есть что-то в инспекторе Бэйнсе, чего я не понимаю.

- Присаживайтесь в это кресло, Уотсон, - сказал Шерлок Холмс, когда мы вернулись в нашу комнату в "Быке". - Я хочу, чтобы вы получше вникли в ситуацию, поскольку сегодня ночью мне может понадобиться ваша помощь. Если позволите, я расскажу вам, насколько продвинулось это дело. Хотя сперва оно выглядело простым, потом неожиданно возникли некоторые проблемы в связи с этим арестом. Здесь есть множество пробелов, которые нам придется заполнять.

Начнем с записки, которую Гарсия получил перед смертью. Отбросим версию Бэйнса и будем считать, что слуги Гарсии в преступлении не замешаны. Гарсия пригласил к себе в гости Скотта Экклза, что могло быть сделано только с целью обеспечения себе алиби.