- Что ж, сэр, вы даете мне те самые сведения, которые мне нужны, - тепло сказал инспектор, пожав руку моему другу. - Я с самого начала шел по тому же следу.

- Что?! Вы следили за Хендерсоном?

- Знаете, мистер Холмс, когда вы ползали на четвереньках по саду в "Высоких сводах", на одном из деревьев там восседал я. Забавно было глядеть на вас сверху вниз. Так что мы с вами собирали доказательства наперегонки.

- Зачем тогда вы арестовали мулата?

Бэйнс усмехнулся.

- Я был уверен, что Хевдерсон, как он себя называет, чувствует, что он под подозрением, и потому затаился и ничего не будет предпринимать, пока ему грозит опасность. Я специально арестовал другого человека, чтобы он решил, что мы оставили его в покое. Я знал, что он теперь захочет отсюда улизнуть и даст нам шанс добраться до мисс Барнет.

Холмс положил руку на плечо инспектора.

- Вы далеко пойдете в своей профессии. У вас есть интуиция и природное чутье.

Лицо Бэйнса вспыхнуло от удовольствия.

- Всю неделю на станции дежурил наш переодетый сотрудник. Он следил за обитателями "Высоких сводов", куда бы они ни ездили. Однако он, очевидно, растерялся, когда мисс Барнет удалось вырваться. К счастью, ее подобрал ваш человек, и все окончилось благополучно. Мы не можем никого арестовать, пока она не даст показания, так что чем раньше она это сделает, тем лучше.

- Она постепенно приходит в себя, - сказал Холмс, взглянув на гувернантку. - Но скажите мне, Бэйнс, кто же такой этот Хендерсон?

- Хендерсон, - ответил инспектор, - это дон Мурильо, которого звали когда-то Тигр из Сан-Педро.

Тигр из Сан-Педро! Моя память, подобно вспышке молнии, мгновенно высветила всю историю жизни этого человека. Он был известен как наиболее бессовестный и кровожадный из всех, какие когда-либо правили в стране, претендующей на то, чтобы называться цивилизованной.