- Удалось. Гарсия скомкал ее и швырнул в камин.

- Что вы на это скажете, мистер Бэйнс?

Сельский детектив был полным коренастым рыжеволосым мужчиной, чье лицо не выглядело грубым только из-за необычайно светлых глаз, почти скрытых бровями и массивными складками щек. Лениво улыбнувшись, он вынул из кармана мятую выцветшую бумажку.

- Там была каминная решетка, мистер Холмс. Он не добросил бумажку до огня, и я вытащил ее невредимой из-под решетки.

Холмс одобрительно улыбнулся:

- Вы, должно быть, весьма тщательно осматривали дом, если нашли такой крохотный клочок бумаги.

- Да, мистер Холмс. Таков мой метод. Прочесть записку, мистер Грегсон?

Лондонский инспектор кивнул.

- Она написана на обычной бумаге кремового цвета без водяных знаков размером в четверть листа. Отрезана двумя надрезами маленьких ножниц. Записка была сложена в три приема и запечатана фиолетовым воском, причем печать приложили второпях, а затем прошлись по сгибам бумаги каким-то гладким предметом овальной формы. Адресована она мистеру Гарсия из Вистерия-Лодж. Текст таков: "Наши обычные цвета - зеленый и белый. Зеленый - открыто, белый заперто. Второй этаж, первый коридор, седьмая дверь справа, зеленая занавеска. Бог в помощь. Д." Почерк женский, написано ручкой с тонким пером, однако адрес написан либо другой ручкой, либо вообще другим человеком. Буквы более жирные, да и нажимали на перо, как видите, сильнее.

- Весьма интересная записка, - сказал, проглядев ее Холмс. - Должен сделать вам комплимент, мистер Бэйнс, за то, что, изучая ее, вы уделили столько внимания деталям. Могу добавить лишь несколько мелких штрихов. Гладкий овальный предмет - это, без сомнения, запонка - что еще может иметь такую форму? Ножницы, которыми отрезали бумажку, - кривые маникюрные ножницы. Кроме того, что надрезы короткие, ясно видно, что они слегка кривые.