VIII
Как и в первый раз, Мавра Глебовна вышла навстречу приезжему, опрятная, круглолицая, широкобедрая, с малиновым румянцем. Возраст? Если ей было под сорок, то она выглядела старше своих лет, для сорока пяти казалась слишком молодой. Мавра Глебовна была родом из округи, а здесь проживала лет семь или восемь, дом достался мужу от пожилой незамужней сестры. Хотели сначала продать, да кто ж его купит? "Вот этот дом?" - спросил приезжий удивленно. Она усмехнулась. Этот купили бы: этот сами построили. А тот разобрали. "Да что ж мы стоим-то..." Вошли в дом. За выбеленной печью находилась горница с образами в красном углу, в кружевных полотенцах, с подлампадниками на цепочках. Далее еще одна комната за занавеской, подвязанной шнуром. Там был виден стоящий боком зеркальный шкаф-шифоньер, в овале отражались никелированная спинка кровати, белизна подушек и кружевной подзор. Муж Мавры Глебовны работал в районном центре. Гость сидел за столом в первой комнате, пил прохладное молоко, поддакивал. Она сказала: "Вы заходите, если что, я всегда дома. Может, продуктов каких надо, хозяин привозит. Да я и сама схожу, тут у нас сельпо недалеко.- Магазин находился в Ольховке, верстах в десяти, расстояние по здешним понятиям небольшое.Хлеб-то у вас есть?" Гость поблагодарил и хотел подняться. "Сидите, куда спешить... А вы кто же будете?" В деревне расспросы - знак вежливости. Оказалось, впрочем, что Мавра Глебовна все знает от Листратихи. Это была, по-видимому, та старуха, с которой жил ребенок, давеча навестивший приезжего. Мавра Глебовна развязала платок. У нее были темно-русые ореховые волосы. Договорились, что она будет покупать продукты, приезжий поспешил вручить ей деньги. "Да вы не беспокойтесь, сочтемся..." "Ай-я-яй,- сказала она, войдя к нему на другой день,- как же это вы живете?" Она разыскала ведро, швабру, приезжий бегал за водой на колодец, Мавра Глебовна мыла пол, подоткнув юбку, растворила окна, сожгла мусор в печке, вынесла вон старую одежду и полусгнившие валенки.