Все цвело и пело теплой весенней ночью. Юниэр и Лафер уже напрыгались на первый раз и теперь стояли в тени, наблюдая за буйно резвящейся вокруг костров молодежью. Воздух был пропитан сиреневым запахом, сиреневыми звездами расцвечено ночное небо.

— Какие красивые люди, Лафер, — негромко говорил Юниэр, — конечно, эльдары ещё прекраснее, но… они, как-то, слишком осторожны и сдержаны. И холодны. Когда я смотрю на эльфийских дев, я чувствую восхищение, но при виде наших красавиц, моё сердце переполняет любовь, и я теряю голову.

— Каждому своё, — ответил Лафер.

— Ты только посмотри! — продолжал Юниэр. — Ну, чем эти люди отличаются от благородных вельмож? Я не смог бы отличить.

— Не одни мы такие умные, Юниэр. Уверен, что на этом празднике немало переодетых отпрысков достойнейших семей Нуменора, — охладил Лафер восторженного друга.

— Не хочешь ли ты сказать, что Мраморный замок пустует!? — развеселился Юниэр.

В самый разгар праздника Айрен, вдруг, резко потянула Мириэль за руку, разорвав хоровод. Когда та взглянула на неё с вопросительным неудовольствием, Айрен прошептала:

— Если я не ошибаюсь, скоро должны зазвонить колокола, а это знак к майскому обручению. Надо будет надеть свой венок на избранника. Поэтому, если мы не хотим остаться на бобах, надо подыскать подходящих и не очень пьяных и позаботиться о том, чтобы нас не опередили.

— Забавно, — усмехнулась Мириэль, — что ты скажешь о тех двоих у сиреневого куста? По-моему, вполне симпатичные?

— Годятся, — согласилась Айрен, — надо подкрасться к ним поближе, но так, чтобы они не заметили.

— Потом сочиним балладу для потомков, — шептала Мириэль, пробираясь между деревьями, — о том как королевна Нуменора охотилась за женихами в Сиреневую ночь.