— Это ты, Егор?

Трубка отозвалась сдавленным шепотом — Я-я-я…

От неожиданности, истерика моя вмиг прекратилась, и голосом, вдруг протрезвевшего человека, я требовательно спросила тишину — Кто это — я?

То ли вопрос прозвучал для нее слишком неожиданно, то ли, собеседница моя не отличалась быстротой реакции и тонким мастерством поддерживать сложную игру, но ответ оказался совсем уж кондовым — Он. — Прошипела трубка. И, несмотря на растрепанность чувств, я сразу потеряла к ней всяческий интерес.

Была еще животная, испепеляющая все внутри меня, ярость: " Ну, хорошо, бросил. Надоела. Опостылела. Встретил другую. Но отчего же так трусливо и подленько? Не сказав и не написав даже ни слова? Как, и главное, за что, посмел он так обойтись со мной? " Вопросы взрывались как пузырьки, на поверхности кипящей во мне лавы, но оставались без ответа.

Однако, ничто в этом мире не длится вечно — окончилось и мое мучительное ожидание.

Наивная! Я полагала, что сильно страдаю, ожидая его в стенах нашего дома.

Более того, я искренне полагала сама и без устали твердила всем посвященным, что более всего гнетет меня неизвестность. "Правда, — с пафосом утверждала я, — какой бы она ни оказалась все равно желаннее мне, а потому правды и только правды жду я теперь! "

Что ж! Я дождалась. Письмо Егора было сухим и коротким. Он сообщал мне, что уже некоторое время любит другую женщину и не видит больше смысла обманывать меня и жить во лжи. Далее, сообщал мне мой муж, впрочем, теперь мне следовало говорить мой бывший муж, что ныне он отдыхает со своей возлюбленной у берегов далекого океана и останется там еще некоторое время.

То самое время, которое понадобиться мне, чтобы убраться из нашего дома.