– Если им так нравится царь и его сатрапы, пусть и объясняются им в любви, зачем мешать? А нас пусть оставят в покое, вот и порядок, чего лучше? – закричал кто-то в толпе. Но на него накинулось сразу несколько голосов:

– Чушь не пори! Помолчи лучше!

– Это не чушь. Это провокация. Нас хотят оторвать от российского пролетариата! Это лозунг раскольников!

– Внимание, товарищи, продолжаю!! – закричал светловолосый.– Представители рабочего класса и всех революционно настроенных слоев Нахаловки, Навтлуги, Ортачала, Дидубе, Мтацминды должны собраться в Александровском саду.

– А нас пропустят?

– Жди! Сейчас фаэтон подадут. На фаэтоне поедешь.

– Прорвемся, пройдем.

– Им и Александровский сад оцепить ничего не стоит!

– Ну и пусть оцепляют.

– Внимание, товарищи, внимание! Времени осталось мало,– светловолосый оратор унимал шум. – Единым строем мы выступим из Александровского сада и продемонстрируем самодержавию, что конец его близок. При поддержке полиции и войска черносотенцы, конечно, попытаются разогнать пас. В ответ мы должны показать царизму и этим убийцам, одурманенным религией и водкой, что революционный рабочий класс, крестьянство и все угнетенные народы Российской империи тесно сплочены и победить их невозможно! Товарищи! Революция твердо знает, чего хочет и к чему идет. Мы должны выставить лозунги, выражающие требования трудящихся масс...

– Надо на эти лозунги поглядеть! Лозунги давай!

– Зачем смотреть... Чего не видел?

– Надо, дорогой, надо! За другой лозунг прямым ходом на виселицу отправишься!

Что тут началось!.. Страх пропал, осторожность исчезла, полиции и казаков будто и не существовало на свете. Разбившись опять на группки, все орали, спорили, перебивали друг друга, отчаянно жестикулируя, и чуть не лезли друг на друга с кулаками. Светловолосый оратор и еще несколько его приятелей бросились успокаивать народ и пытались навести порядок, но тщетно, пока какой-то пожилой господин, вклинившись в неожиданную паузу, не заорал: