А раз он сам не собирается жениться, то она остается свободной женщиной и может поступать, как пожелает. Влюбленный депутат, зная свой характер, согласился купить Лилечке отдельную квартиру, чтобы она сдавала ее или имела возможность отступить туда, когда в ход пойдет пресловутая "сокира". Лилечка, боясь связываться с посторонними жильцами, поселила туда хорошо знакомого ей Юрика, чтобы он спокойно писал диссертацию и заодно охранял компьютер, телевизор с видиком, музыкальный центр и стиральную машину от воров. Сперва Юрик порывался отдавать ей деньги, потом стал одалживать. Лилечка давала нужные суммы беспрекословно. Она сменила сферу деятельности, окончила курсы и устроилась бухгалтером. Прекрасным бухгалтером - в прекрасную процветающую компанию, торговавшую прекрасной дорогой косметикой.

В прошлом году подружки сделали Лилечке весьма эксцентричный подарок. Они купили ей мальчика. День Рождения праздновался на специально снятой для этой цели "хате" и планировался как девичник. Да собственно говоря, в компании работали только женщины и один затравленный тридцатичетырехлетний гей (не будем называть его имени). Поэтому в коллективе образовался общий комплекс - нездоровая тяга к маскулинному (то есть мужскому) началу. И добрые подружки с чего-то взяли, что именинница в жизни не видела нормального самца, и что это упущение нужно исправить. В качестве нормального самца они выбрали двадцатилетнего розовощекого бутуза, похожего на откормленного избалованного щенка. Бутуза звали Юрчиком. У него оказался отменный аппетит, и после запланированного стриптиза он изъявил желание остаться, чтобы вымыть (видимо, языком) посуду. Оказалось, что ребенку просто некуда идти - в общежитие эстрадно-циркового колледжа его не впустят, потому что поздно. Оказывается, у них там на вахте сидят звери, которые способны оставить на улице пьяного ребенка. Всю ночь Лилечка развлекалась тем, что давала Юрчику котлетку, он ее съедал, потом давала ему кусочек рыбки - он и его съедал.