— Форнарина?

— Я, господин. Это вы, ваше сиятельство?

— Да.

— Хозяин ушел, но он должен скоро вернуться.

— Хорошо, мы будем иметь достаточно времени, — пробормотала тень, и затем незнакомец сунул в руку старой итальянки кошелек, полный золота.

— Возьми и ступай, — приказал он.

— Да спасет вас само небо, — пробормотала старуха, вешая на ладони золото.

А между тем незнакомец вошел в дом и, поднявшись по лестнице, остановился перед комнатой Марты и постучал три раза в дверь.

Молодая девушка задрожала. Это не мог быть Арман, который ушел в свою мастерскую; это не была тоже и Форнарина, входившая всегда без шума.

А покуда она обдумывала это, дверь отворилась, и на пороге показался человек.

При виде его Марта вскрикнула и в испуге отступила назад.

— Это я, — проговорил вошедший и, сбросив с себя плащ, подошел к молодой девушке.

— Андреа!.. — прошептала она, задыхаясь.

— Ну да! Андреа. Неужели тебя удивляет эта случайность?

Марта не отвечала и отступила от него.

— Моя милочка, — продолжал холодно Андреа, — вы оставили меня из-за связи… Но вы должны бы были подумать, что я не позволю вам бежать от меня безнаказанно.

— Послушайте!

— Неужели вы предполагали, что виконт Андреа позволит увезти у себя свою содержанку, и притом еще какому-то скульптору без имени и без состояния.

Виконт сопровождал эти слова насмешливой улыбкой.

Марта опустилась в изнеможении на диван.

— Ну-с, пойдемте, дорогой ангел, — проговорил он с предательской нежностью.

И при этом он сделал несколько шагов вперед и взял ее за руку.