Средь этих стен, столь ненавистных всем?

Паламон

Но как, кузен?

Аркит

Вообразим себе,

Что мы живем в святилище, чтоб скрыться

От злых людей, которые могли бы

Испортить нас влиянием своим;

Мы молоды, идем путями чести,

Свобода же и разговор пустой

Яд чистых душ; они могли б, пожалуй,

Нас соблазнить, как женщины, - и вот

Мы сбились бы с пути. А здесь - чего

Воображеньем мы достичь не можем?

Мы без конца принадлежим друг другу;

Ты для меня жена, - я для тебя,

И оба мы все вновь и вновь рождаем

Детей любви; друг другу мы - отец,

Друзья, семья, знакомство; мы друг другу

Наследники, наследство ж - эти стены;

Их никакой насильник не отнимет;

Вооружась терпением, мы можем

Здесь долго жить, любовью наслаждаясь;

От пресыщения мы здесь изъяты;

Нам не грозит война, и волны моря

Не поглотят нас. Будь мы на свободе,

Должны б мы были время разделять

С женой, с делами; нашего знакомства

Искали бы дурные люди; мог бы

Я захворать, а ты бы мог не знать,

Что болен я; и я бы умер, ты же

Своею благородною рукой

Мне не закрыл бы глаз, не помолился б

Богам при этом. Тысяча причин

Вне этих стен могла бы разлучить нас!

Паламон

Благодарю, Аркит! Твои слова

Мне сделали мой плен - почти отрадой!

Как грустно было б жить мне где-нибудь

Вне этих стен: я б походил на зверя!

Тюрьма - дворцом прекрасным стала мне;

Все развлеченья суеты блестящей,

Весь мир - я вижу - только тень пустая;

Которую уносит, проходя,

Седое время. Что бы сталось с нами,

Когда б мы жили при дворе Креона,

Где грех - закон, а прихоть и разврат

Всей знати доблесть! О Аркит мой милый!

Когда бы боги нас не привели