Мой молодой коллега Паша Румянцев пригласил меня на тягу. Родом он из Орехова-Зуева, там живут его родители. Где-то на границе Московской области с Владимирской и предлагал он постоять вечерок с ружьем

— Спать будете у меня дома в отдельной комнате на мягкой кровати, — соблазнял он. — Отстоим тягу, на мотоцикл и — домой. Комфорт! Как это вы говорили

— «Под старость комфорт дороже всех идей». Только это не я говорил.

— Не важно... Зато вы ванну сможете принять, если захотите.

В последнее время стал быстро утомляться, хотелось все время прилечь. Так бы и лежал перед телевизором И совсем не хотелось работать. Обычно открытия весенней охоты всегда ждал с нетерпением, уезжал в глухие места Вологодской или Архангельской области, и поездки были праздником. Но теперь... Больно уж возросла противоречие между страстью к охоте и тем, что мы называем охраной природы. С ружьем на плече в метро или на вокзале чувствуешь себя неуютно под взглядам окружающих. Лет пять тому назад привез я домой своего последнего глухаря, так возмущенная жена отказалась его готовить. Пришлось везти тяжелую птицу приятелю, с которым были на току, к нему и гостей при гласили «на глухаря».

Слушая Пашу, я колебался и не мог принять окончательного решения. Под Москвой я никогда на тяге не был, добираться просто и ехать можно без тяжелого рюкзака, ни тебе спального мешка, ни палатки... Надо встряхнуться. Казалось, недомогание пройдет, болезнь отступит от вечернего верещания дроздов и не замолкающей до темноты зарянки, от запаха хвои и прелой листвы.