Лодка отошла от трапа, но, вместо того чтобы спускаться по реке к другим парусникам, развернулась и пошла вверх по течению, огибая корму «Марианны». Седобородый манти, сам севший на веслах, так и впился взглядом в корму, на которой золотом было выведено название судна. Но, заметив, что оставшиеся провожают его взглядом, быстро отвернулся и старательно принялся грести.

Сандокан и Янес взглянули друг на друга.

— Что ты думаешь об этом старике? — спросил Сандокан.

— Думаю, что этот забавный обряд был только предлогом, чтобы подняться на борт, — ответил португалец, слегка встревоженный.

— У меня такое же чувство.

— Неужели нас провели, как мальчишек?

— Но откуда им было знать, кто мы такие и зачем явились сюда? Они что, в самом деле колдуны и якшаются с нечистой силой?

— Не знаю, не знаю, — сказал Янес задумчиво. — Подождем Каммамури.

— Ты, кажется, встревожился, Янес.

— И есть отчего. Если туги уже знают о наших намерениях, нам придется нелегко.

— Но, может, нам просто почудилось это? — сказал Сандокан. — Может, и вправду этот нищий старик всего лишь хотел заработать несколько рупий своими заклинаниями?

— Но эти вопросы, заданные настойчивым тоном, этот взгляд, которым он точно хотел проткнуть наши борта.

— Неужели и полицейский с ним заодно?

— Довольно странно, что полицейский сопровождал этого нищего старика. Что, полицейскому больше делать нечего?

Сандокан прошелся молча по палубе. Потом покачал головой и уверенно сказал:

— Наверняка это туги. И один из них представился полицейским, чтобы лучше провести нас.

Португалец посмотрел на Сандокана серьезно.

— Ты так думаешь?

— Ставлю сто против одного, что и ты склоняешься к этому.

— Да, дружище. Скорее всего, нас опять провели. Индийский Тигр пока что хитрее Тигра Малайзии.