- Надо оправдывать высокую оценку руководства, - вымолвил майор чуть насмешливым тоном.

Стукнула дверь, потянуло с улицы жарким сквозняком. Шипов враскачку подходил к ним. Он был рослый, сочный, но еще не рыхлый.

Беличенко кивнул Шипову и ушел.

- Как, расколол? - весело спросил Шипов Хомичева.

- Разогнался, - буркнул Хомичев.

- А у нас кое-что есть. Соседи матери Волина говорят, что он в ют день не приезжал. Значит, алиби тю-тю? - Шипов похлопал по папке. - Пошли пива попьем, у меня лещ...

- Может, сделаем обыск? - спросил Хомичев. - Нет, не разрешат.

- Жирный лещ, - продолжал Шипов и понюхал папку. - Амбре!.. Если б ты пацаненка расколол, тогда можно бы и обыск.

- Вечером мы ждем гостей, друга с женой, - сказал Хомичев. - Отложим пиво. Где он может прятать вещи? Дома? У матери? В фотолаборатории?

- У любовницы. Мы бы хлопнули по паре кружек в темпе, как? Такого леща надо уважать.

- А к любовнице мы в окно полезем? - усмехнулся Хомичев.

- Любовница у него высший класс. Ноги прямо поют. - Шипов засмеялся густым беззаботным смехом. - Такие длинные, будто начинаются прямо от ушей.

- Пора тебе жениться, - посоветовал Хомичев. - А то пока работаешь под простодушного бугая, так и свыкнешься с этой ролью.

- Меня женит бандитская пуля.

- Типун тебе на язык.

- Я не суеверный, - отмахнулся Шипов. - Хватит с меня и одной дырки.

Они пошли в свою комнату, подшили к делу новые бумаги и стали думать, как развеять туман и взять этого сукина сына.

В комнату входили и выходили сотрудники, звонили телефоны, наступала вечерняя пора - точно ножницы обрезали все незавершенные дела.

- Володя! - услышал Хомичев. Капитонов стоял у дверей и глядел на него пронзительным взглядом. - Выйди на минуту.

- Что? - спросил Хомичев, не понимая, в чем секрет.

- Выйди!

Он нехотя поднялся. Усмешка еще оставалась на его губах, когда Капитонов в коридоре сказал ему: